?

Log in

No account? Create an account
Long long journey
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 14 most recent journal entries recorded in alessio_m's LiveJournal:

Monday, July 30th, 2012
1:49 pm
Троицкий врщ
Originally posted by navalny. Reposted by alessio_m at 2012-07-30 13:49:00.

Наш подопечный дал большое оправдательное интервью газете "Известия".
Вернее, "журналисты" "газеты" "известия" разместили на своих страницах большой пресс-релиз, написанный подчинёнными Бастрыкина в качестве ответа на мой пост "о настоящих иностранных агентах".

Ну ок, почитаем и пресс-релиз.

— Зачем главному следователю страны нужна квартира в Праге? Для чего вы ее вообще покупали?

Она была приобретена, по-моему, в 2000-м году, когда я еще был не госслужащим, а профессором Северо-Западного филиала Российской правовой академии. Я ее покупал в рассрочку — выплачивал взносы два года (с 1998 года). Стоила она, если не ошибаюсь, $67 тыс.

— С какой целью покупали?

— Честно скажу: у меня были планы стать visitor-professor — хотел работать в Европе. Тем более что на тот момент у меня было много научных связей — в Карловом университете, в Сорбонне, в Боннском университете, в Великобритании. Я тогда очень много ездил по Европе, и Прага в этом смысле очень удобна. Приезжаешь в Прагу, находишься в центре Европы. Из этого города, куда бы я не выезжал, 1,5 часа лета на самолете. Я в тот момент совершенно не думал, что я вернусь на госслужбу и займу такой высокий пост.

....

— Так был или есть до сих пор у вас вид на жительство?

— Нет. Есть только виза, а не вид на жительство. Хочу это подчеркнуть.


....

— А прибыль от владения недвижимостью вы получали? Компания, которая на вас была зарегистрирована, вела бизнес?

— Никаким бизнесом я не занимался. Что такое коммерческая деятельность? Это деятельность с целью получения прибыли. Если они найдут хоть €1 прибыли, я уйду в отставку. Так и напишите: если г-н Навальный и г-н Хинштейн найдут хотя бы €1 прибыли, то я уйду в отставку. Это легко доказать. Они очень легко получили все документы, кроме одного: декларации о доходах.

Точно так же, как они получили все эти документы, точно так же можно пойти в соответствующие учреждения, налоговую инспекцию Чехии и получить мою декларацию на все годы, начиная с 2000 года, когда я там купил квартиру
.


Ужасно. Это просто ужасно.
Не знаю, какая именно спецслужба готовила агента Бастрыкина для работы "кротом" в высших сферах российской власти, но легенду они разработали паршивенькую.
Ну, либо агента Бастрыкина прикрывает какой-то более высокопоставленный "крот" иностранных спецслужб, и его не сильно волнует разоблачение - ведь ходу делу не дадут.

Итак, агент Б оправдывается тем, что:

1) я большой учёный и меня приглашали работать в Европах
2) квартиру я купил , когда ещё не был госслужащим
3) у меня был не вид на жительство, а виза.
4) я не занимался предпринимательской деятельностью, если найдёте хоть один евро - уйду в отставку.


Разбираем:

1) про большого ученого - хахаха конечно. Нам понадобится какое-то время, чтобы сделать запросы в эти самые  "Карлов университете, в Сорбонну, в Боннский университет", чтобы выяснить велись ли вообще с ним когда-нибудь переговоры о приглашении визитинг-профессором.
Думаю, никто в здравом уме не поверит в то, что такое чудо в перьях могли приглашать в Сорбонну.
Но ок, пока подвесим этот вопрос, и проверим, тем более, что большого значения он не имеет.

2) квартиру я купил, когда не был госслужащим. Это сейчас главная линия оправдания, раскручиваемая госсми и всякими мурзилками рядом с ними. Наш český špion Бастрыкин врёт весьма глупым образом:
Мы с самого начала выложили выписку из кадастра недвижимости  на бастрыкинскую контору LAW BOHEMIA от 17.07.2012.

Смотрим вторую страницу:


Слова  "Smlouva kupni ze dne 29.09.2004" неиллюзорно намекают нам о буквально "договоре купли от 29.09.2004".

Теперь идём на сайт компании-застройщика. Вот он, доступен даже на русском языке http://www.finep.cz/ru/

Заходим в "завершенные проекты", ищем интересующий нас Trojsky vrch, находим:


Напоминаю версию агента Бастрыкина:  Я ее покупал в рассрочку — выплачивал взносы два года (с 1998 года).
То есть, врёт.
Сразу хочу предупредить, агента Б, что ему не стоит менять одни ложные показания на другие и уверять, что он "купил квартиру на этапе предпроекта за шесть лет до сдачи дома", или типа того. Это легко проверяется.

Хотите ещё доказательств? Ноу проблема: Чехия открытая и прозрачная страна.
Получаем протокол записей в кадастр собственности.

а) заходим сюда http://nahlizenidokn.cuzk.cz/VyberRizeni.aspx
б) в графе Číslo řízení вбиваем 39357, меняем год с "2012" на "2004"
в) получаем записи по этому объекту:



Дом был сдан в 2004 году, и у Бастрыкина договор купли-продажи от 2004 года.
А с 2001 года Александр_Троицкий_Врщ_Бастрыкин стал госслужащим и больше ничем не занимался.


3). У меня был не вид на жительство, а виза. Ну, здесь уже даже верные режиму нашисты бросили пытаться убедить нас в этом:

https://twitter.com/KrisPotupchik/status/228773215676276736

Чешские МВД и МИД подтвердили наличие именно вида на жительство в Чехии у Бастрыкина, поэтому обсуждать здесь больше нечего.
Врёт, шпионская морда  (с).

4). Я не занимался предпринимательством, если найдёте хоть один евро, то я уйду в отставку. Занятно, ведь я и не утверждал, что Бастрыкин занимался в Чехии предпринимательской деятельностью.
Конечно нет, такие как Бастрыкин занимаются здесь тем, что зарабатывают не предпринимательсткой деятельностью, а коррупцией и взятками, а потом бегут получать вид на жительство в другой стране, чтобы тратить там денюжки в покое и безопасности.
За бабки дело открыли/за бабки дело закрыли. Вот и всё предпринимательство.

Тем не менее, я агента Бастрыкина за язык не тянул, но то самое одно евро легко находится:

во-первых:
Бастрыкин в ответ заявил, что не владеет бизнесом за рубежом, и уйдет в отставку, если у него найдут "хоть евро прибыли" (стоит отметить, что валютой в Чехии является местная крона).
Между тем, чешская крона значительно укрепилась к евро за период с 1999 по 2008 год, когда Бастрыкин владел фирмой Law Bohemia. Бастрыкин продал свои 50 процентов в фирме за 50 тысяч крон. Согласно официальному курсу, в день учреждения компании эта сумма равнялась 1385,92 евро, в день продажи доли - 2066,63 евро. Таким образом, получается, что Бастрыкин выгодно продал полфирмы - с прибылью в 680,71 евро
.
http://lenta.ru/news/2012/07/28/navalny/

во-вторых:
коммунальные услуги за квартиру платили исправно с 2004 года. Фирма должна была платить их со своего счета. Значит какие-то деньги на этом счёте были и как-то они там появлялись.

Ждём отставки Бастрыкина. Обещал ведь.

Напоминаю, кстати, что 
Федеральный закон от 17 января 1992 г. N 2202-I "О прокуратуре Российской Федерации":

ч.5 ст.4  Прокурорские работники не вправе совмещать свою основную деятельность с иной оплачиваемой или безвозмездной деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой деятельности. При этом преподавательская, научная и иная творческая деятельность не может финансироваться исключительно за счет средств иностранных государств, международных и иностранных организаций, иностранных граждан и лиц без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации или законодательством Российской Федерации. Прокурорские работники не вправе входить в состав органов управления, попечительских или наблюдательных советов, иных органов иностранных некоммерческих неправительственных организаций и действующих на территории Российской Федерации их структурных подразделений, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации или законодательством Российской Федерации.

Бастрыкин в тот период, когда он был заместителем Генпрокурора РФ и ,потом, его первым заместителем-начальником СКП был исполнительным директором чешской компании LAW Bohemia.

И вот здесь ещё интересно про жену Бастрыкина и "заработал 1 евро".

Итого:
враньё иностранного агента Бастрыкина изобличено на 98%. Враньё про то, что его "приглашали в иностранные университеты" будет изобличено в ближайшее время.

Предлагаю гражданину Бастрыкину незамедлительно уйти в отставку,  явиться с повинной в наш Фонд борьбы с коррупцией и дать признательные показания.

Всех честных граждан призываю проследовать на сайт http://foreignagent.mashina.org/   , распечатать с него листовку и рассказать об агенте Бастрыкине соседям по подъезду.
Мерзкие бастрыкинские жулики-подпевалы блокируют этот сайт в некоторых регионах, в таком случае листовку можно взять здесь.


Monday, May 7th, 2012
6:40 pm
Президент невидимого народа
Сегодня, 7 мая, в полдень Москва представила собой невиданное зрелище, которым могли насладиться жители всей страны - те, кто в ней бывал и видел её воочию, и те, кто никогда в ней не будет. Трансляция следования кортежа избранного президента на собственную инаугурацию панорамными видами сверху ясно демонстрировала – Москва наконец стала городом, удобным для жизни. Бульвары, набережные, мосты – буквально все в «нерезиновой» первопрестольной дышало простором и свежестью. Где пресловутые московские пробки или хотя бы хоть какие-нибудь автомобили, кроме автомобилей сопровождения? Где хоть кто-то из 15-миллионного населения ну или хотя бы гостей столицы? Их не видно. Возможно, они хотели бы выразить свои чувства по поводу торжества или хотя бы посмотреть на него из понятного любопытства? Неужели, как бы ни было непатриотичным такое представить, они все в Париже на инаугурации не нашего, а французского президента?
Но вернее будет предположить, что подвластный народ решено было сделать невидимым. Отныне и впредь. Именно ради его «интересов, безопасности, благополучия», будучи «вдохновлённым поддержкой» этого невидимого народа и пообещал часом позже в своей речи избранный президент трудиться на своём посту. Именно для него было создано предшественником «дееспособное и развивающееся государство», и именно он на наших глазах преобразовался в «активное и ответственное гражданское общество». Опершись на «прочный фундамент культурных и духовных традиций» многонационального народа-невидимки президент собирается - совместно, разумеется - решать «задачи принципиально иного уровня, иного качества и масштаба», нежели прежде - ведь у него с ним «общее стремление к свободе, к правде, к справедливости».
Что ж, под этими словами мог бы подписаться буквально каждый человек из этого народа. Вот только не может оставлять невидимый народ явные знаки своего существования. И чернил для такой подписи, кроме невидимых, не существует. Так что президенту придётся в этом полагаться на силу своего воображения и веру в то, что невидимый народ – и есть тот идеальный и самый для него подходящий, который пойдёт за ним в будущее. Главное – не задавать вслух неудобный, рушащий все самые прекрасные планы вопрос : «А не существует ли другой, настоящий, вполне осязаемый и видимый народ?»
Wednesday, March 14th, 2012
6:08 am
ВТОРАЯ ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
Наверное, не случайно в эти дни приходят на ум события, происходившие в Российской империи девяносто пять лет назад, и то, что им предшествовало. Аналогии становятся очевидными, когда соотносишь их с теми процессами, свидетелями и участниками которых мы являемся.
К началу двадцатого века стала ясно видна та, без преувеличения, всё расширяющаяся пропасть, разделяющая лучшие, образованные слои общества и правящую верхушку. Все усилия власти были направлены на то, чтобы максимально ограничить всякие стремления к автономии и независимости - личностной, социальной, национальной. Государство желало контролировать все сферы жизни, за исключением разве что самой частной, домашнейстороны жизни человека. Шпики охранки, всеми осмеянные «гороховые пальто», следили за студентами, адвокатами, общественными деятелями. Расцвел невиданный доселе пышный цветок целого института провокаторства, дошедший до раздвоенности сознания самих его участников, не сознававших порой, кто же они на самом деле – тайные агенты или революционеры. Общество на глазах власти становилось гражданским, но та не желала как будто этого замечать – ничего, кроме мертоворождённой уваровской триады «самодержавие, православие, народность» она не могла ему предложить. В Польше насильственно насаждался русский язык. Евреям запрещалось проживание вне черты оседлости - доходило до выселения годовалых младенцев. В Академии художеств нельзя было писать дипломную работу на иную тему, кроме библейской. Гимназисты учили мёртвые языки – латынь и греческий. Цензура, перестав быть предварительной, жестоко душила всякую свободную мысль. Критика установленного порядка была абсолютно запретной и не имела права подниматься выше печально знаменитых «спящих гласных» в городской думе.
Всё царствование Николая II, сменившего на троне своего отца в 1894 году, который приложил, казалось, все свои усилия единственно на «замораживание» России, проходило под лозунгом «не нами был этот порядок установлен, не нам и менять его». Поведение власти было исключительно реактивным. И октябрьский манифест, и учреждение ограниченного в своих правах парламента были следствием революции 1905 года. Незадолго до этого сам император назвал любые разговоры о возможности парламентаризма в России «бессмысленными мечтаниями» (не напоминает ли это «внезапно» озвученную идею к возвращению выборов губернаторов, незадолго до того объявленных нецелесообразными в течение ближайших ста лет?). Государственный Совет (аналог нынешнего Совета Федерации) представлял собой большей своей частью заповедник сановных пенсионеров. Кабинет министров отчитывался перед императором, им назначался и им же отстранялся от работы. Принцип компетентности всё чаще уступал принципу личной преданности. Символичен ряд председателей кабинета министров после неоднозначной, но, несомненно, выдающейся фигуры Столыпина, к моменту своего убийства революционером-провокатором Богровым практически «вышедшего из доверия» мнительного Николая – от знающего, но второстепенного Коковцева через анекдотического старца Горемыкина к ничтожному Штюрмеру.
Дистанция невиданного до того размера пролегла и в области культуры. Если до середины 19-го века правящая элита задавала тон в своих эстетических устремлениях, то уже к рубежу веков общество, движимое новыми философскими, научными, социокультурными идеями ушло неизмеримо дальше вкусов двора венценосного полковника и высшей государственной бюрократии. Их естественными союзниками и единомышленниками стали приснопамятные охотнорядцы и черносотенный «Союз Михаила Архангела». Умный, деятельный, «креативный», как теперь сказали бы, класс желал одного – пользоваться гражданскими свободами и самому решать свою судьбу. Общество хотело само выдвигать людей, которые решали бы задачи, встающие перед ним. Власть, единолично всеми свободами обладая, искренне не понимала, почему свободами должен обладать кто-то ещё. Она, похоже, сама не заметила образовавшийся вокруг неё вакуум и тот момент, когда она окончательно утратила остатки доверия. Над властью – невиданное доселе дело – стали откровенно насмехаться. Появились карикатуры на царя и его министров пера лучших художников того времени. Императорская же фамилия твёрдо продолжала верить в незыблемую преданность русского народа своему царю, принимая в Зимнем дворце ритуальные делегации верноподданных. Власть упорствовала, не замечая происходящих очевидных перемен и не желая меняться в соответствии с духом времени. Ставка на «стабильность», а по сути, на архаизм, оказалась для неё смертельно губительной.
Потому и не оказалось в буквальном смысле никого, кто пожелал бы защищать её в феврале 1917 года, когда на улицы столицы империи, подорванной тяготами мировой войны, вышли два полка солдат, не желающих отправляться на фронт. Городовые исчезли с улиц в один день, будто их никогда и не было. Высший генералитет сам потребовал от царя отречения. Личная охрана императора без единого выстрела сдала свои посты – на её место заступил конвой.
Без преувеличения, это были дни всеобщего единения и праздника освобождения от пут, сковавших всякое живое течение мысли и дела. Установление реального народного представительства, учреждение правительства, подотчётного парламенту, уничтожение сословий, установление фактического равенства граждан перед законом - таковы были цели февральской революции и её движущие мотивы.
Русское демократическое сообщество оказалось слишком слабым, неоднородным и чересчур, пожалуй, нацеленным на свержение всем опостылевшего режима и в недостаточной степени готовым к повседневной рутинной работе. И потому вскоре плодами его победы воспользовались люди, до той поры не игравшие значительной роли в освободительном движении. И вскоре ими все завоеванные свободы были отменены, все достижения перечёркнуты. Появилась новая правящая несменяемая элита, парламентаризм сменился партийной диктатурой, закон стал одной из декораций невиданного прежде тоталитаризма.
Февральская революция была скоротечной и осталась незавершённой. И это означает, что мы возвращаемся к её задачам на новом историческом витке. И так же очевидно, что она, в рамках исторической закономерности, как и тогда, ознаменуется сменой властной системы, которая, как и почти век назад, продолжает упорствовать в своей ставке на отжившее. В силах возрождающегося гражданского общества сделать эту революцию последней.
Tuesday, March 6th, 2012
4:49 pm
Молодым здесь не место?
Петербург. Воскресенье, 4 марта. Мы открываем избирательный участок 1687 для голосования. Я в участковой комиссии от «Яблока». У меня на столе книга №7 со списками избирателей.
Ровно в восемь утра они появляются. Это двое стариков. Подают паспорта, расписываются. Но ещё до их ухода появляются новые. Их становится всё больше. К девяти часам настоящий аншлаг. И, за исключением пары человек, все пенсионеры. Я едва успеваю заносить их номера и выдавать бюллетени. Некоторые их них ставят крестик прямо тут же. В последней графе - за Путина. «Нам скрывать нечего», - говорят. Урна начинает наполняться. На тех бюллетенях, которые мне видны – отметки только в последнем квадратике.
В 10 появляется энергичный улыбающийся старик. Он громким голосом сообщает всем присутствующим фамилию, имя и отчество.
- У меня сегодня праздник! 88 лет исполнилось!
Садится к столу и демонстрирует всем цветную картинку. «Смотрите, какую гадость мне подбросили в почтовый ящик!» Это рисунок известного карикатуриста Ёлкина. На ней изображен Путин в образе Ленина, провозглашающий лозунги: «Нефть – друзьям!», «Деньги – в оффшоры!», «Школы – попам!» Мне ли не знать этой картинки. Ведь это именно я раскладывал их по почтовым ящикам неделю назад.
- Я голосую за Путина! Он наш президент! – объявляет он. Я стараюсь оставаться невозмутимым.
К двенадцати часам поток пенсионеров несколько слабеет. Книга уже заполнена на треть. Я беру передышку.
В два часа дня наша председатель сообщает, что мы с коммунистом идём с переносным ящиком по домам. Прошу моего друга-наблюдателя быть особенно внимательным.
Начинаем обход квартир. Те же старики, но ещё в более плохом состоянии. Большинство – а это пенсионерки далеко за 70 - встречает нас приветливо и даже ласково: «Здравствуйте, наконец-то! Мы вас ждём!» Обстановка хрущёвок постройки сорокалетней давности оставляет ощущение безысходной неустроенности. У всех старух без исключения – инвалидность. Кое-кто не может поставить подпись, им помогают родственники. Крестик все ставят тоже в последней графе. Точнее, все, кроме двоих. Один из них – армянин, ещё не очень старый благожелательный мужчина. Он ставит отметку в бюллетене, прикрыв от нас её рукой. Но я вижу, что не в конце списка. Потом складывает его пополам.
- Да вы можете не складывать, бросайте так! – говорит мой «коллега», коммунист. Наш голосующий разворачивает его, но опускает, повернув белой стороной к нам. В другой квартире – тихая старушка. Она поступает точно так же. Поставленная ею отметка – в начале списка. «Они нас боятся!» - внезапно понимаю я. Вдруг мы доложим в собес, что они голосовали не за Путина, и их лишат каких-нибудь жалких подачек? Мне становится противно и стыдно.
Последняя квартира. Уже на лестнице, слышу, как открывается дверь, доносится звонкий детский голос. Поднимаюсь. Это мой знакомый – энергичный старик, приходивший утром. «А, дорогие, хорошие, проходите!» В комнате сидит старая женщина болезненного вида.
- Это из комиссии пришли! – объявляет старик. - Будем голосовать! Сам я уже проголосовал, - сообщает он мне. Ну да, я помню…
Женщина до сих пор не произнесла ни единого слова. Она с усилием расписывается. Подаем бюллетень.
- За Путина! – говорит ей старик.
Тут появляется мальчик лет пяти.
- Серёжа, мы президента выбираем! Вот тебе бюллетень! Бросай!
Мальчик, с сознанием торжественности момента, улыбаясь, опускает листок в ящик.
Конечно, в конце дня голосовать шли уже другие люди, и всё же, просматривая списки избирателей, я вижу, что в незаполненных графах – люди преимущественно 70-х и 80-х годов рождения.
Поздно вечером мы едем с протоколами в территориальную комиссию. Меня впускают беспрепятственно, я знакомлюсь с другими наблюдателями и смотрю в сводной таблице данные по другим участкам. На некоторых участках за Путина отдано до 80% голосов при явке, приближающейся к 90%. Там что, одни дома престарелых?
А потом мне звонит сын моего друга, студент. Я узнаю от него, как фантастически хамски обращались с наблюдателями, особенно молодыми, намеренно провоцируя их на удаление. Запрещали ходить в туалет, говоря, что обратно на участок вернуться они не смогут. Если удалить не получалось – игнорировали, и не просто обходили закон – а демонстративно на него плевали. Например, посчитав про себя (нарушение закона!) пачку бюллетеней за Прохорова, член комиссии на ухо сообщила председателю цифру. У того округлились глаза. В протокол были записаны цифры в соотношении Прохоров-Путин 4 к 1, хотя визуально пачка Прохорова меньше лишь наполовину.
Повсюду снуют чиновники районной администрации. У них озабоченный, но удовлетворённый вид. Одна административная дама с улыбкой встречает запыхавшихся двух других дам из участковой комиссии. Они, конечно, знакомы.
- Ну, наконец-то!
И, интимно понизив голос, ближе к уху: «Какой процент?»
Ближе к полуночи административные дамы начинают расходиться по домам. Им всем за пятьдесят, и у каждой в глазах - предвкушение некоего приятного подарка. Чиновницы все как одна одеты в норковые шубки (правда, разных фасонов), но эффект они дают скорее противоположный – нежный мех оттеняет глубокие складки лиц, за которые, как известно, после сорока лет люди несут полную ответственность.
А ночью следующего дня я развозил еду в отделения полиции для ребят, задержанных на Исаакиевской площади. Их более четырехсот, и большинству – около двадцати. Добровольцев, тоже молодых людей, желающих помочь им, оказалось необычайно много. Многие, как и я, впервые откликнулись, купили и сами отвезли продукты.
Со мной в машине Павел, студент Петербургского Университета. Он почти вдвое младше меня. Его с друзьями 10 декабря задерживали двести омоновцев за то, что они ставили горящие свечи на Сенатской - это был флэшмоб «Похороны демократии». Полицейские в отделении, куда доставили 26 человек, балдели, слыша в ответ на вопрос о роде занятий: «студент физмата», «студент истфака», «студентка филфака». Говоря с Павлом, я поражаюсь врождённой культуре и интеллигентности, которые видны в его голосе и манерах. В голове всплывает название одного из фильма братьев Коэнов - «No Country for Old Men». Я думаю: «И всё-таки, может быть, есть в этой стране место молодым?»
Saturday, March 3rd, 2012
5:48 pm
КАК записывать видеопоток с вэбкамер на президентских выборах 4 марта 2012
Оригинал взят у usachev в КАК записывать видеопоток с вэбкамер на президентских выборах 4 марта 2012
Несомненно, сегодняшний тренд - это 88 "выборных" вэб-камер, которые уже выложили в интернет. На многих из них происходит адская движуха (например, на 62 постоянные драки первоклашек, на которые учителям абсолютно пофиг) - но щас не об этом.

4-го марта у всех встанет вопрос: как записывать поток с этих камер - так как записи там нету.
Напомню официальный адрес сайта: http://webvybory2012.ru/

На помощь нам придет очумелая _бесплатная_ программа: Debut Video Capture Software, скачать которую можно прямо на оф. сайте: http://www.nchsoftware.com/capture/index.html (справа Download now).

Скачайте лучше заранее, чтобы не положить им сервак 4-го.


Теперь несколько подсказок, как захватывать видео без лишних деталей на мониторе.

1) зайдите в закладку Edit и нажмите adjust caption video effect:



Read more...Collapse )
Tuesday, February 21st, 2012
1:41 pm
О преступлениях Центр Э в Петербурге. Помогите предупредить насилие!
Оригинал взят у gegensich в О преступлениях Центр Э в Петербурге. Помогите предупредить насилие!

Сотрудники Центр Э в Петербурге знамениты своей жестокостью не меньше, чем нижегородские. Здесь, в Питере, их излюбленной тактикой является запугивание активистов с последующим осуществлением угроз.
История началась с угроз антифашисту и правозащитнику Филиппу Костенко. Оперативник Центра Э Василий Трифан многократно лично и в интернете угрожал Филиппу сломать ноги.
Про Василия Трифана следует сказать, что он же занимался задержанием и этапированием из Москвы в Петербург О.Воротникова и Л. Николаева, обвиняемых в хулиганстве и экстремизме по делу арт-группы «Война». Тогда задержанные художники были подвергнуты пыткам: их избивали, часами держали в наручниках, а на головы им были надеты полиэтиленовые мешки. 
Но вернемся к нынешним событиям. 3 февраля, по пути на работу, на Филиппа напали неизвестные, и стали избивать. В результате, - сотрясение мозга и перелом ноги. После этого Трифан продолжил писать издевательские письма Костенко, «поздравляя» его, что тот больше не сможет ходить на протестные акции. Сейчас с произошедшим разбирается прокуратура.
После Филиппа питерские эшники взялись за другую активистку, Иру «Руки-Крюки». В ходе подготовки акции солидарности с избитым Филиппом Костенко Ире стали приходить угрозы. Писал их все тот же оперативник Центра Э Василий Трифан, который многократно угрожал Костенко. И содержание было примерно тоже.
18 февраля петербуржские активисты совместно с правозащитным центром «Мемориал» провели акцию в поддержку Костенко и против Центра Э. Акция прошла успешно, информация о преступлениях эшников и Трифана широко расползлась по региональным СМИ. И, видимо, испугавшись внезапной известности, Василий Трифан продолжил угрожать Ире, теперь уже более серьезно. С неизвестного номера Ире позвонили, и лаконично сообщили, что «ей пиздец». После этого ей пришло письмо с пожеланием не выходить на улицу, чтобы не получить по голове.
Всем происходящим уже озаботились местные правозащитники и журналисты, но мы хотим, чтобы информация об угрозах была постоянно на слуху. Только так мы сможем предотвратить возможное продолжение насилия со стороны Центра Э и конкретно опера Василия Трифана.

ПодробностиCollapse )
Thursday, February 16th, 2012
3:58 pm
ЧТО МОЖЕТ КАЖДЫЙ ИЗ НАС
На выборах президента России я буду в составе участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса. Для чего я там и что собираюсь делать – думаю, объяснять не нужно. Как я там оказался?
Несколько лет назад я задал себе три вопроса.
Первый вопрос был – «Нравится ли тебе то, что происходит?». Второй - «Хочешь ли ты что-то изменить?». И третий – «Что ты можешь сделать?». Последнее слово стало для меня главным. Мы слишком долго привыкали - и нас приучали – к тому, что любое наше действие падает камнем в пустоту. Мы – почти все в той или иной степени - живём в каком-то обморочном параличе воли. Но нет иной меры нашего существования, как сказанного : «По плодам их узнаете их». Не стоят и самой мелкой монеты наши добрые слова и намерения, если мы не решаемся даже попытаться воплотить их в жизнь.
Я думаю, что сейчас - именно в эти дни - мы определяем нашу жизнь на многие годы вперёд. Мы должны не только хвататься за предоставляющийся шанс но и общими усилиями создавать его. Если усилий окажется не достаточно - наш корабль снова отнесёт от берега. И никто не скажет, когда он снова окажется вблизи суши и не пойдёт ли ко дну, единолично управляемый самозваным капитаном, бесстыдно именующим себя рабом с гребной палубы? У него крепко принайтовлена персональная шлюпка с запасом провизии и комплектом спасательных жилетов. Но ведь у нас такой нет, не так ли?
Мы все разные. У каждого - свой путь. Но если у нас, единомышленников, он лежит в одном направлении, то пора каждому оглядеться – где его друзья на этом пути? Не надо ли именно теперь немного ускорить свои шаги, чтобы догнать их? Сейчас, как никогда прежде, важно идти вместе.
За что бы ни взялся любой из нас - ему будет дана ноша по силам. Не сомневайтесь – вы сможете идти с ней, и сил у вас будет достаточно. Отложите на потом долгие внутренние диалоги. Сделайте что-то конкретное. Запишитесь в наблюдатели на выборах – это займёт всего один день вашей жизни. Проведите так нужную организационную работу, став волонтёром или координатором. Привяжите белую ленту к своему автомобилю. Возьмитесь за руки вместе с другими такими же свободными людьми, избавляясь от страхов, загнанных глубоко внутрь.
Вы увидите, какие перемены произойдут в вашей душе. И появится замечательный, прекрасный, удивительный шанс - ВМЕСТЕ изменить нашу жизнь.
Thursday, February 9th, 2012
2:50 am
Что будет с нами после нового крушения?
Мне
совершенно очевидна обречённость путинского режима - в силу самой логики
жизни как процесса - даже не политики. Тот, кто пытается остановить
движение, выступая за "стабильность", на самом деле пытается остановить саму
жизнь, что ещё никому на свете не удавалось. И кроме того, не может долго
существовать система, построенная на лжи. Династии Романовых понадобилось
300 лет, чтобы изжить себя, советской власти - 70 лет. Сейчас время
убыстрилось неизмеримо, и счёт идёт, полагаю, о паре десятилетий, одно из
которых уже минуло. И погибнет нынешний режим ровно по тем же причинам -
оттого, что лучшая часть общества будет его презирать и ненавидеть, а
большая часть - перестанет доверять ему и уважать его. Я думаю, что как
обветшалая романовская империя надорвалась на мировой войне, как Советский
Союз не вытянул гонки вооружений, так нынешний режим упадёт от
внешнеэкономических причин - изменении коньюктуры на нефть, вызванном
очередным кризисом. Главный вопрос - что дальше? С одной стороны, я всегда
верил и верю лучшее. И я знаю, что все революции - мирные, немирные - всегда
совершались активным меньшинством. С другой стороны - огромная масса темного
народа. Славная тенденция, заложенная ещё Петром, разделившая русских на два
народа, продолжается. И самая большая опасность для всех нас состоит в том, что
пока эта косная масса не цивилизуется хоть сколько-то, всё хорошее канет в ней как в трясине.
И значит - новый круг по этой адской карусели.

"Нынешние митинги опасны для Путина не тем, что приведут непосредственно к
свержению режима, а тем, что означают конфликт Кремля с умными,
квалифицированными людьми, которые только и могут поддерживать стабильность
страны в кризисный момент. Если сегодня подавляющее большинство этих людей
кается в том, что помогало спасать режим Ельцина в 1996 году, и клянется
поддерживать хоть черта, только не Путина, значит, дорога к падению нынешней
власти открыта. Однако, как долго придется идти по этой дороге, не может
знать никто".
Friday, February 23rd, 2007
7:43 pm
ЮЛЬКА


Снег начал усиливаться, залепляя лобовое стекло там, где до него не могли дотянуться включенные дворники. Я ехал по вечернему загородному шоссе в Зеленогорск, думая о том, что завтра Новый год, и что я буду встречать его один на втором этаже пустой дачи моего друга. Именно так – первые часы наступившего года, и я лежу в темной комнате, глядя в широкое окно на ртутный свет уличного фонаря и на тени веток, ложащиеся на покрытые инеем стекла.
Ребенком я часто пытался представить себя в новом веке. Мне казалось, что если это и время когда-нибудь и наступит, я буду совсем чужим мужчиной – взрослым и каким-то другим. Прошло уже несколько лет с той воображаемой отметки, но я не "чужой мужчина", а точь-в-точь тот же мальчик. Лежащий июльским днем в траве и разглядывающий, как целеустремленно ползет божья коровка по стеблю мятлика, как добирается до его макушки, вертится в нерешительности вправо-влево, раздумывая, куда бы ей направить свой полет, раскрывает для пробы оранжевые надкрылья, и вдруг, передумав, поспешно начинает спускаться вниз. Я преграждаю указательным пальцем ей путь, и она поворачивает обратно. Задержавшись на доли секунды на вершине травинки, она с легким шелестом прозрачных темно-коричневых крыльев отрывается от своей опоры и летит прочь легким воздушным зигзагом. Я слежу за ней, пока она не превращается в крохотную точку и не растворяется между синевой неба и пестротой летнего луга. Я ее больше не увижу.

Сквозь метель показались пустынные берега озера Разлив. Уже не так и далеко. Оно оставалось почти позади, когда я увидел у обочины высокую фигуру девушки. Правая рука ее была приподнята в вопросительно-останавливающем жесте. Что-то заставило меня нажать на тормоз и остановиться рядом с ней.
Она подошла, взглянула внимательно в окошко и приоткрыла дверь. Я увидел длинные светлые волосы и неожиданно юное лицо с розовыми прыщиками у рта и тенями вокруг усталых глаз.
- Вам куда? – спросил я, чувствуя уже ненужность своего вопроса.
- Я работаю… Не хотите? Всего триста рублей. Впереди съезд и там местечко удобное. Презервативы у меня есть.
- Нет, спасибо… Я думал, вас подвезти нужно, - я почему-то прятал глаза.
Она взглянула еще раз, выпрямилась и медленно закрыла дверь. Я поехал дальше, досадуя на свою наивность. Но через десять минут, когда я, казалось, снова сосредоточился на дороге, я вдруг опять увидел перед собой склонившееся лицо и распущенные русые волосы. Внутри меня что-то сжалось, в глазах потемнело. Я подал вправо и остановил машину. Я сидел за рулем, опустив голову, не в силах продолжать путь. Я чувствовал, как внизу груди, в животе и ниже темная змея пришла в движение, упруго разворачивая свои кольца. Очнувшись, я развернул машину и погнал ее обратно.
Скоро впереди показался уже знакомый силуэт. «Она еще здесь», - подумал я
- Это снова я. Я проезжал тут двадцать минут назад. Садитесь.
Я не понял, узнала ли она меня. Мы тронулись
- Еще метров сто и будет съезд.
- Нет, я так не хочу.
Она внимательно посмотрела на меня.
- Ты куда едешь?
- В Зеленогорск.
- Я там живу. Подвезешь? Сегодня уже, похоже, работы не будет. Замерзла ужасно.
- Хорошо.
Мы помолчали.
- А хочешь, ко мне можно зайти. У меня там дом. Ну, по-нормальному. Я много не возьму, тысячу.
Мне показалось, что я кивнул.
- Тебя как зовут? Меня Юлька. Господи, хоть отогреюсь у тебя в машине. Весь день сегодня стою.
- Сколько тебе лет?
- Девятнадцать. В Сестрорецке я только работаю, а живу в Зеленогорске.
- Трудно работать?
- Ну, знаешь, разные попадаются. Бывают нормальные, жалеют, дают больше, чем просишь, а бывают и уроды. Вот недавно один останавливается. Минет триста рублей, говорю. Деньги вперед. Как это вперед, отвечает - а вдруг ты возьмешь и убежишь. Да куда я убегу – лес кругом. Нет, говорит, деньги после. Так и уехал. Но это еще ничего. Осенью два каких-то отморозка деньги пытались отнять. По лицу ударили, руки стали выворачивать, в карманы полезли. Но я деньги-то в колготках держу – вырвалась все-таки. Осторожно, машина!
- Ничего, не бойся. Я сейчас музыку тебе поставлю свою любимую.
- Слушай, а ты мог бы мне деньги сейчас дать? Я просто пятьсот девчонке одной должна, я ей сейчас бы и отдала.
Я протянул ей полторы тысячи.
- Знаешь, я посплю чуть-чуть. Разбуди меня у Зеленогорска.
Ее глаза стали смыкаться, и лицо приняло совсем детское выражение.
- Подъезжаем.
- А, останови здесь, я сейчас.
Она, позвонив, вышла. Я увидел, как ней подошла молоденькая миловидная девчонка с пухлым личиком. Они поговорили. Та посмотрела в мою сторону и улыбнулась.
Юлька вернулась.
- Все, поехали дальше. Она тоже на трассе работает.
- Куда?
- На перекрестке налево, потом на улицу Красных командиров, на углу с Госпитальной. Знаешь? Нет? Я покажу. У меня там дом. Правда, я в нем не живу. Мы с дочкой живем у тетки. У меня ведь дочка еще есть. Ей год.
- Как ее зовут?
- Маша… Вот тут.
- Музыка тебе понравилась?
- Нет, не очень. Я что-нибудь повеселее люблю…
Дом был довольно большой, покосившийся и старый. На черных досках кое-где были видны следы коричневой краски. Мы поднялись на запорошенное снегом крыльцо. Юлька открыла замок, вошла и включила свет. В сенях стояло наполовину наполненное ведро с замерзшей водой.
- Иди за мной наверх, по лестнице. У меня здесь второй этаж. Первый чужой. Черт, холодновато тут… Но топить я не буду, можно? Мне к дочке надо.
Мы прошли через маленькую кухню в комнату. Я увидел кровать со смятым невероятно несвежим бельем и темно-красным одеялом сверху. На полу лежали окурки и два шприца.
- Ты не подумай, это не я, - сказала она, поймав мой взгляд. – Я наркотиками не балуюсь, я понимаю. Это жильцы, я им комнату осенью сдавала. Если не трудно, сходи на колонку, мы хоть чайник вскипятим.
Когда я вернулся, шприцы и окурки были убраны, а Юлька разбирала постель.
- Знаешь, давай я просто это белье сниму – у меня здесь другого нет. Хорошо?
- Конечно.
Я видел, как она раскладывает это кое-где порванное одеяло, так что видна желтая вата, тяжелое, будто набитое сырым песком, и подумал, что оно, должно быть, ужасно холодное.
- Если тебе понравится, ты потом можешь ко мне приходить. Будем встречаться, когда захочешь.
Чайник закипел, она достала кружки, бросила в них по пакетику чая.
- У меня мандарины есть в сумке, хочешь? - сказал я.
- Давай!
Она взяла мандарин и стала чистить его. Я смотрел на ее пальцы – тонкие, белые, правильной формы. Она была стройной, довольно высокого роста, с длинными ногами, форму которых, впрочем, было трудно оценить из-за толстых штанов на синтетической подстежке, которые были на ней надеты. Лицо ее можно было бы назвать привлекательным, если бы не контраст между почти детскими, обветренными губами и глазами, глядящими устало и оценивающе одновременно.
- Ты не женат?
- Нет.
- Я тоже не была замужем. Два года назад я познакомилась с парнем. Дочка моя от него. Мы около года жили вместе. Он все время говорил, что любит, что ему не нравится, что я работаю на трассе, а сам брал у меня деньги. И на работу не шел. Потом мне это надоело.
- А ты не думаешь, что бросить все-таки надо? Нет, не сейчас, конечно, но через какое-то время? Нельзя же всю жизнь этим заниматься. Ведь потом будет точка, с которой уже не будет возврата…
- А куда я пойду? Продавщицей на пять тысяч рублей? Нет уж, спасибо… В прошлом году остановился один мужик… Довольно молодой, он в Сестрорецке живет, его там в общем-то знают, кажется, полубандит какой-то. Мы потом с ним не один раз виделись. Так вот, он вдруг заявил, что хочет мне помочь. Сказал, чтобы я бросала работу, что возьмет в свою фирму секретаршей… А какая из меня секретарша? Да меня же весь Сестрорецк на трассе видел! Потом еще стал говорить, чтобы я продавала свою половину дома, он поможет мне в оформлении... Ну, и я тут подумала, что нефиг с ним связываться. Непонятно, что он там такое замышляет. Оставит без денег и без дома…
Я допил чай. Юлька съела почти все мандарины… Она встала и подошла к старому серванту. Сняла с него черно-белую фотографию, протянула мне. Я увидел молодую женщину с ясными глазами и чуть напряженной улыбкой. Она выглядела моложе меня теперешнего, но по одежде и прическе понял, что мы почти ровесники – возможно, она на четыре-пять лет старше.
- Это моя мама. Она умерла три года назад. Мне ее часто не хватает…
- А отец?
- С отцом они развелись, когда я была совсем маленькая. Мы с ним не общались.
Она помолчала, потом поставила фотографию на место.
- Знаешь, мне уже это не бросить. Я не могу, да и не хочу, - в ее голосе звучала какая-то твердая убежденность. Все-таки приличный заработок. Да и дочку кормить нужно. Вот только если встречу человека, который по-настоящему меня полюбит, которого я полюблю… Тогда бы я бросила… наверное…
Душа моя все больше наполнялась странной нежностью к этой юной женщине и искренним уважением. Мне только очень горьким вдруг показалось представить, как будет меняться это уже теперь слегка обветренное лицо, грубеть голос, становиться вульгарным в своей заученности поведение… «Но твои проповеди тут не нужны… Эта девочка знает больше, чем ты сам», - услышал я голос.
Юлька подняла на меня глаза и посмотрела как-то виновато и просительно.
- Знаешь, а давай сегодня не будем? – сказала она извиняющимся голосом. Здесь очень холодно, я опять замерзла. Давай в следующий раз, я отработаю.
- Ну конечно.
Я и сам чувствовал, что почти закоченел. И жалость, сочувствие Юльке уже вытеснили все остальные желания.
- Тогда пойдем. Добрось меня до аптеки - куплю таблетки, что-то голова сильно разболелась.
Аптека, как назло, оказалось закрыта. Юлька забежала в продуктовый магазин, чтобы купить творожной массы – как она объяснила, у нее здорово получается запеканка. Да и дочка ее любит.
- Останови вот тут. Здесь моя тетка живет. Я, наверное, все-таки после Нового года переберусь к себе, так что ты заходи, когда будешь в Зеленогорске. В конце концов, просто поговорить. Знаешь, иногда так не хватает настоящего друга… Ну, пока!
- Пока, Юля!
Я обнял ее и поцеловал в губы.

Прошло время. Я несколько раз бывал в Зеленогорске и всегда заезжал к дому на Госпитальной улице. Но участок неизменно был ровно занесен снегом, на котором не было видно тропинок, не было расчищено и крыльцо. Я перестал там бывать.
Не видел я Юльку и на том же месте в Сестрорецке.
В начале весны мы с другом, покатавшись на лыжах, собрались в город. Мы только повернули на шоссе, как я увидел ее. Она стояла у дороги с привычным жестом. Я вышел из машины и почти вприпрыжку побежал к ней.
- Юля, здравствуй! - сказал я негромко, подойдя совсем близко.
Она обернулась. В ее глазах отсутствовало всякое выражение, и они казались стеклянными, или, скорее, подернутыми непроницаемой пленкой.
- Это я, помнишь… Мы с тобой перед Новым годом познакомились…
- Я работаю… Что тебе нужно?
- Я так, просто… узнать, как дела…
- Я РАБОТАЮ… Или плати, или не мешай.
Я повернулся и зашагал машине. Смятение, обида, недоумение – я не знаю, какое чувство преобладало во мне в тот момент. Я сел в машину и захлопнул дверцу. Посмотрел на друга.
- Потом расскажу, - сказал я и нажал на газ.
И тут я в зеркале увидел, как Юлька поворачивается и идет к нам. Но поднявшаяся к голове откуда-то снизу ярость уже застилала все передо мной. Я надавил сильнее, и машина, буксуя в грязном снеге, выползла с обочины на асфальт и быстро набрала скорость. Я рассказал по дороге другу всю историю.
- Ну, что ты хочешь... Она привыкла получать от мужчин деньги – это ее работа. Смешно думать, что она будет помнить тебя, тем более ждать от нее, что будет благодарна.
Когда поздно вечером я высадил его у дома и поехал к себе, то вдруг задумался. Этот вопрос я задаю себе всякий раз, когда вспоминаю о Юльке: «Зачем она тогда пошла к машине? Что она хотела мне сказать?»
Больше я ее не видел.
Saturday, July 8th, 2006
3:48 pm
34
Недавно отпраздновал свое 34-летие.
День рождения лучше проводить в путешествии. Ездили в Выборг. Погода была чудесная.
Заходили в замок. Во дворе гуляют две совершенно одинаковые черные кошки с желтыми глазами, ручные и ласковые. И у каждой котята, тоже черные - у одной постарше, у другой помладше.
Забирались на башню Св. Олафа, откуда открываются захватывающие виды вниз на причалы с яхтами, мосты через проливы, окружающие замок, крыши домов, мощеные камнем улицы, на Финский залив и многочисленные острова на нем, на леса, уходящие вдаль, к Финляндии.
Потом гуляли в обширном и местами диком парке Монрепо, где нагромождения скал уходят в воду и где павильоны с белоснежными греческими портиками стоят среди сосен и елей на фоне северных фьордов с ярко-синими волнами.
Закат был поздним, пепельно-розового цвета. Обратная дорога в летних сумерках была легка, с остановкой на прозрачном озере с белым песком на дне.
Так прошел этот день.
Thursday, July 6th, 2006
7:15 pm
Сегодня днем. Неподалеку от торгового центра. Яркое солнце, жарко. За пешеходным переходом на дороге стоит как-то наискосок машина ГАИ с включенными мигалками. Дальше метрах в двадцати грузовичок-фургон с распахнутыми створками. На дороге рассыпаны какие-то овощи, валяется мороженая свиная туша. Двое пытаются, видимо, загрузить ее обратно. Из-за такой ерунды вызывать ГАИ?
Подъезжаю ближе. Они зачем-то накрывают ее тканью. Видна босая нога пожилой женщины невероятно белесого цвета. Рядом разбросаны полиэтиленовые пакеты с логотипом магазина. Весь перед машины смят. У открытой двери кабины стоит водитель. Он уткнулся лицом в сиденье и закрыл голову руками. На вид ему чуть больше двадцати...
Friday, May 19th, 2006
5:19 pm
Результат теста: "Кто ты в мире музыки?"
Tom York (Radiohead)
Ты несколько замкнут, и поэтому кажется, что твой взгляд устремлен в себя, но на самом деле ты смотришь в корень и видишь сущность вещей, иногда даже скрытую от остальных людей. Это помогает тебе видеть ситуацию вцелом и быстро реагировать в экстремальных ситуациях. Возможно, в детстве ты был "белой вороной".Общению с людьми ты предпочитаешь созерцание. Ты отшельник, но, несмотря на это, ты никогда не остаешься в одиночестве. Люди тянутся к тебе, в надежде получить какие-то особенные знания, которыми ты, по их мнению, обладаешь. Ты постоянен в своих взглядах и принципах. Ты немногословен, резок в общении, живешь по своим законам и тщательно оберегаешь свои взгляды на жизнь от постороннего влияния.

Пройти этот тест
Wednesday, April 5th, 2006
2:29 am
В последние годы меня было отчетливое чувство, что я пассажир поезда, идущего туда, куда мне совсем не нужно. Что сел я на него только потому, что он отходил в подходящее время с ближайшей платформы и предлагал относительный комфорт - купе и чай, который принесет проводник. Но вот я сел в него, поезд тронулся. Зачем мне постельное белье, зачем чай, если пейзажи, мелькающие за окном, километр от километра все безотрадней и скучней? Вот я вижу тропинку, ведущую сквозь заросли к просвету воды, наверное, речки. Как мне хочется углубиться в лес, пройти в эту манящую даль! Но я не могу, поезд набирает ход, и через мгновения все это исчезает из вида, и снова я смотрю, как с равными промежутками плавно опускаются, а затем снова ползут вверх линии проводов за стеклом. Что же делать? Как остановить ход?
И вдруг стук колес смолк. Я оказался один на железнодорожной насыпи. Уже перевалило за полдень, но небо ясное. Трава чуть сыра от прошедшего утром дождя. Я чувствую, что дует ветер. Не сильный, но уверенный и прохладный. Мне радостно и легко.
Wednesday, March 22nd, 2006
12:17 pm
Начало
В отдел пропаганды ЦК ВЛКСМ

Сценарий короткометражного художественного фильма «Дым плывет к горизонту»


Место действия – молодежная стройка в Восточной Сибири.
Действующие лица :
Алексей – комсомолец, молодой бетонщик с задумчивым взглядом из Ленинграда
Настя – комсомолка, рыжеволосая штукатурщица с мелодичным голосом и смеющимися глазами, москвичка.

Ленинская комната. Алексей и Настя сидят за столом отсутствующего парторга. Они что-то хотят сказать друг другу, но молчат.
Наконец Алексей – Настя…
Та вскидывает на него зеленые глаза.
Настя – Что?
Алексей – Я рад, что мы стали настоящими товарищами. Мы вместе помогаем нашей Родине стать еще прекраснее. Но мне кажется, то, что я к тебе чувствую, может помешать сейчас нашей работе, борьбе нашей бригады за переходящее знамя.
Настя застенчиво теребит край забрызганной цементом спецовки.
Алексей - Нельзя сейчас поддаваться чувству, его обязательно нужно проверить длительной, настоящей дружбой. В конце концов, не за этим нас сюда посылал комсомол. Да и металлургический комбинат еще не достроен…
Алексей порывисто встает и уходит, надвинув на глаза ушанку, чтобы скрыть свое смущение.
Настя задумчиво смотрит в окно на развороченный пустырь, где бульдозер сгребает остатки того, что когда-то было тайгой.


Десять месяцев спустя. Алексей и Настя идут по новой аллее, утопая резиновыми сапогами по щиколотку в грязи и держась за руки. Светит солнце. В небе всеми цветами радуги переливаются дымы из труб недавно введенного в строй комбината.

Настя – Алексей…
Алексей – Что?
Настя – Уже год прошел… Комбинат сдан…
Алексей – Ты полагаешь…
Настя – Конечно! Наша дружба выдержала испытание временем. Бригада выполнила план на 100,2%. Мы можем теперь любить друг друга.
Алексей (задумавшись) – А ведь верно… Ты думаешь, что теперь можно?
Настя (уверенно) – Теперь – можно!

Настя и Алексей пристально смотрят друг другу в глаза и, засмеявшись, сворачивают к корпусам только что отстроенного общежития, в окнах которого кое-где выбиты стекла.


КОНЕЦ

Current Mood: artistic
About LiveJournal.com